У Бога нет пенсионеров

В этом году у меня был опыт возвращения в лагерь в роли наставника. За 20 с лишним лет служения в лагерях я побывал на самых разных позициях: наставника, координатора, директора, духовного наставника. И вот в этом году мне снова выпала честь послужить наставником.

В чём тут слом мозга? Как минимум со времён покаяния, а скорее всего гораздо раньше, усвоен принцип: плох тот солдат, который не мечтает стать генералом. На церковной иерархической лестнице на место генерала встал пастор. А на лагерной лестнице это, конечно, директор лагеря. Девиз: «ни шагу назад, ни шагу на месте, а только вперёд и только все вместе» и комментировать не требуется, он в крови с пионерских времён. Не могу сказать, чтобы в лагере явно проявлялась конкуренция или борьба за власть, но желание получить погоны было…

Первый раз я прочитал Библию до покаяния (знакомый посоветовал, чтобы семью сохранить). Покаялся сам, покаялась жена. Оба – перед телевизором, во время евангелизационной передачи.

Когда начали ходить в церковь – посещали все собрания, какие только можно. До церкви я не мечтал и не планировал быть наставником в лагере, но согласился позаниматься с детьми выжиганием на фанере (стоит заметить, после неоднократных просьб жены). По воскресеньям, между церковными собраниями, всего один часик.

Обсуждая задуманный нами кружок выжигания с лидером детского служения, высказался в том духе, что за дисциплину во время занятий не беспокоюсь. Мол, у меня есть сын 8 лет, и я знаю, как с ним справиться. Ведь одного подзатыльника достаточно, чтобы усмирить любого ребёнка. В ответ лидер служения осторожно предположил, что не все родители согласятся на такое дисциплинирование их детей. Этим поворотом мысли я был искренне удивлён…

И вот церковь направила меня на семинар ХМЛ, учиться на наставника. За время семинара я приблизился к Творцу и стал смотреть другими глазами на созданную Им природу (программа, по которой шёл семинар, называлась «Творение Божье»). Мне преподали основы педагогики, основы лагерного служения, а также огромное количество другой информации и впечатлений. Именно там преподаватель за один урок несколько раз назвал нас координаторами лагеря, на что весь класс отреагировал бурными протестами: мы учимся на наставников, а не на координаторов! (А я вообще учился только для того, чтобы понять, как дисциплинировать детей.) На этот протест учитель ответил: хорошо, сейчас вы наставники, но потом всё равно станете координаторами!

После семинара я знал программу лагеря, так как пережил её на себе. И не смог противостоять предложению лидера детского служения послужить в лагере – с такими-то знаниями!

Первый опыт наставничества у меня был как бы не очень. Мои воспитанники в первый же вечер хором запросились домой. Конечно, у меня есть оправдание: это была самая младшая группа, а я был в роли наставника впервые. Однако к такому повороту событий я тогда оказался просто не готов. За лагерную смену я поделился с ребятами всем, что знал сам, хотя после их просьбы поехать домой формат преподавания пришлось поменять. Меньше лекций и одёргиваний, больше игр, общения и коротких увлекательных рассказов.

Удивительный летний сезон закончился. После того лета моя жизнь переплелась со служением детям и подросткам. Через пару лет мне предложили обучиться на координатора. Так запустился удивительный механизм. Обучение, подготовка к лагерям, сами лагеря, десятки и сотни детей… Жизнь и служение заиграли всеми цветами радуги! Образовалась чудесная команда, и всё было хорошо. Но мы же знаем: «не всегда так будет».

Я стал служить в церкви и со временем взял на себя роль директора молодёжно-подросткового лагеря. И вот я типа «генерал». Ответственности побольше, радужных красок поменьше. После второго летнего сезона в качестве директора я стал понимать, что роль координатора привлекает меня гораздо больше. Больше фана, креатива, популярности у воспитанников, меньше забот о туалетной бумаге, продуктах и т.п. На одном из обучающих тренингов я был по тестам причислен к группе «звёзд». Я полностью подходил под описание таких людей, со всеми их положительными и отрицательными сторонами. Меня многократно приглашали послужить в разные лагеря, в разные страны, и в каждом лагере у меня менялась роль, ответственность, подчинённые и воспитанники. Где-то я был наставником, где-то координатором, где-то духовным наставником или даже ответственным за чистоту, где-то директором или организатором и т.д.

Много молодых людей прошло перед глазами за время служения. Многие сейчас находятся в служении, и я горжусь ими. Но есть и такие, которые оступились, отошли от Господа, кому не хватило внимания с моей стороны из-за занятости «большими» делами. И есть огромное количество ребят, которых я даже не узнаю в лицо, если встречу. В этом есть большая печаль. И есть о чем поразмышлять, а также сделать коррекцию в своей жизни и служении Господу. Однако повода остановиться, опустить руки я тут не вижу.

Ангелы радуются каждому покаявшемуся грешнику. Когда тебе в приватной беседе удаётся подобрать ключик к сердцу подростка и дать ему надежду, вместе помолиться, увидеть зажёгшиеся глаза ребёнка, начинаешь немного понимать ангелов.

Один раз меня пригласили принять участие в создании программы для других лагерей в качестве консультанта. Я согласился и познакомился там с замечательными ребятами. Один из них ну очень особо одарённый (он, кстати, и написал ту книгу-пособие). К тому моменту он уже имел опыт написания нескольких программ, сам реализовывал эти программы и проводил лагеря. Но зимой этого года на конференции ХМЛ я узнал, что из-за смены места жительства и отсутствия команды он уже несколько лет не имеет возможности проводить лагеря. И тогда ко мне пришло слово для него – верю, что от Бога. Что ему надо пойти наставником в любой детский или подростковый лагерь, а не закапывать свой талант, полученный от Господа. Убеждал я его примерно так: Я уверен по собственному опыту, что лучший наставник – тот, кто был раньше координатором, или даже пастор. Он в лагере как рыба в воде, он не тянет одеяло на себя, он подстрахует соседнего наставника, поможет решить конфликт среди сотрудников, он молитвенный ходатай за команду и не только, он видит все с высоты как орёл, и для ребят он – любящий «папа» (или «мама»). Ему не нужны погоны, он уже «верный раб Божий» (или раба Божья), прошедший не одно поприще, да и «плащ смирения» имеет, так как с людьми много общался. Он уже способен делать Божье дело, не ожидая похвалы, а все потому, что призван к этому, и нет большего счастья, как быть употреблённым Богом и делиться с ребёнком или подростком от сердца к сердцу, вкладывая в них истину, ради которой готов умереть, если надо.

Возвращаясь домой с конференции, я не раз вспоминал этот разговор с другом. Ведь я и сам в прошлый летний сезон ни в каком лагере не послужил. И когда мне самому спустя месяц предложили поехать в лагере наставником (предложила моя бывшая воспитанница, она была в этом лагере координатором), долго размышлять не пришлось. Я помолился, сообщил супруге и в обеих инстанциях получил ответ «да». И ещё одну неделю полностью посвятил тому, к чему, я верю, призван. Это было замечательно!

А к чему Господь призывает тебя? То и делай. Может, ты сделал паузу, и она затянулась. Может, пришло время переоценки ценностей и твоих талантов. Лагеря и дети ждут тебя!

И помни: у Бога пенсионеров нету.

Романс Микалаускс (Лиепая, Латвия)

Все материалы номера

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Translate »