Возвращая Бога людям

Эту сцену любой из нас наблюдает или проживает каждое лето, в конце каждой смены: все обнимаются, плачут и обещают обязательно вернуться через год. Маленькие, большие, воспитанники, сотрудники – все захвачены потоком самых разнообразных чувств: от уже начавшейся ностальгии по тем, к кому привязался за смену, с кем подружился и к кому привык, до радости предвкушения отдыха и домашней обстановки. Автобусы, машины, электрички и поезда увозят всех домой. Мы возвращаемся из лагеря, чтобы совсем скоро вернуться в лагерь. Это – круговорот лагерной жизни.

Возвращаться домой бывает очень приятно и радостно, особенно если смена выдалась тяжёлая. Иногда в день отъезда провожаешь свою группу, еле держась на ногах. После наставничества на некоторых группах я спала, без преувеличения, сутки. Заходила в комнату, ложилась «полежать 15 минуточек, а потом в душ», а в итоге просыпалась на следующий день, не понимая, какое сейчас время суток и где я вообще нахожусь. Думаю, такое бывало у многих. Или просыпаешься в панике, что проспал общее собрание / не отвёл группу на обед / не успел приготовить сценку по теме дня. Спросонья любая паника подойдет. А потом обнаруживаешь себя уже не «там», а дома. Я в такие моменты шучу, что вернуться-то вернулась, но ещё не вся. Несколько дней живешь в привычном лагерном ритме: а вот сейчас завтрак, а вот сейчас мы бежим на общелагерную игру, и т.д. Потом наконец отпускает, и ты погружаешься в поток обычных городских дел. Но какое-то время всё ещё находишь в карманах бумажки с расписанием на день, которые по утрам раздавал координатор.

Но порой не всё заканчивается радужно и тепло. Не все «твои» говорят, что хотят вернуться. Кто-то обещает не возвращаться никогда. А иногда ты и сам решаешь, что пора завершать.

Пять лет назад у меня была смена, после которой я боялась браться за наставничество, хотя к тому моменту была в этом служении уже 13 лет. Несмотря на то, что за эти годы бывало всякое и мой опыт позволял смотреть на неудачи достаточно широким взглядом, мне тогда стало страшно. Конечно, были обстоятельства, которые могли бы стать моим оправданием и утешением: на той смене я совмещала несколько должностей и ввиду экстренной нехватки наставников встала на группу в последний момент и без помощника. Однако тогда я приняла близко к сердцу то, что мои ребята остались очень недовольны сменой, не со всеми я успела наладить хороший контакт, и в целом было много провалов. На нашем последнем общении с группой у костра парни честно и прямо говорили, что мы не команда. Была ли это худшая из моих смен, сказать не могу, но однозначно та, за которую себя не можешь похвалить. Всегда хочется, чтобы все завершалось лучше, чем началось, чтобы отъезд был на теплой ноте, и даже если мы не успели сплотиться и подружиться, чтобы ребятам хотелось вернуться. Главное, чтобы они чувствовали, что были здесь не зря. А в тот раз у меня не получилось оставить группе такое послевкусие. Я не справилась. Я знала, что на тот момент сделала лучшее, что могла, сделала даже больше, чем могла сделать в тех условиях, но меня как приколотило. Перед собой я взяла всю ответственность на себя, что бы ни говорили другие. Я думала, что не имею права возвращаться к наставничеству, раз не могу гарантировать высокого качества. Мне стало страшно, что теперь всё будет выходить у меня из-под контроля.

Сейчас уже не помню, что помогло мне вернуться. Переступить через внутренний барьер и перестать бояться себя было очень непросто, как после любого сильного падения. Та неудачная смена не стала для меня последней, но добавила неуверенности в себе, что заставило трудиться ещё усерднее. Через год я подготовила себе хорошего помощника, и мы провели одну из лучших смен в моей жизни. Хотя и на той смене были моменты, которые можно было сделать лучше. Я не ушла, я всё-таки вернулась, и знаю, как это бывает тяжело.

Однако нужно уметь не только возвращаться, но и не возвращаться. Как сказал наш общий вдохновитель Соломон, всему своё время. Для каждой ситуации своё решение: брать ли обратный билет из города, в который ты переехал, говорить ли: «я иду ещё на один лагерный сезон», – или перед лицом неизвестности отдавать себя Богу: «вот я, веди меня».

Может наступить момент, когда тебе будет лучше перейти от лагерного служения к чему-то другому и уже не возвращаться, потому что в этом будет больше пользы, смысла и силы. Или уехать в новое место. Сделать очередной шаг веры, когда для этого придёт время, и небесные часы пробьют «пора». Когда-то твое место должны занять другие люди, и, если ты не дашь им сделать это вовремя, то рискуешь принести вред и себе, и другим, помешать развитию и даже благословению.

В этом году я планировала взять перерыв и не участвовать ни в одном заезде. Я передала свои задачи другим людям, нашла вместо себя другого старшего наставника и помогала в подготовке лагеря. Так сложились обстоятельства (мы все знаем, какие), что перерыв в итоге взяла не только я, но и вся наша команда. Мы вместе пропустили этот лагерный сезон. А это значит, что впереди возвращение. Каким оно будет – покажет время. Каждый сейчас задаётся одним, самым главным вопросом: «Господь, чего ты ожидаешь от меня?». Время покажет и то, каким будет лагерное служение, и самое важное – на какие вопросы каждый из нас может стать ответом в свете всех случившихся и ещё грядущих перемен. Мы уже не вернёмся к прошлому, но есть те, с кем и для кого мы можем встречать будущее открытым сердцем, готовым говорить Богу: «Да, я иду за Тобой, куда бы Ты ни повёл меня. Иду, чтобы Ты мог вернуться». Ведь главное, что мы делаем в нашем служении, – это возвращение Бога людям.

В этом и состоит глобальная миссия каждого лагерника: жить и служить так, чтобы через тебя Бог мог возвращаться снова и снова. В любых условиях, в любой географической точке, в любых «туда или обратно», ко всем, кто рядом с тобой. Где двое или трое, там и маленький лагерь, в котором Бог возвращается к нам.

«Вот я, веди меня».

Алёна Калугина (Москва – Екатеринбург)

Все материалы номера

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Translate »