На крыльях бумажного самолётика

Бог с каждым говорит на его языке. Со мной – на языке воздушных шариков и бумажных самолётиков.

Однажды я молилась во время служения. В тот день в моём сердце была тревога и множество переживаний. Когда открыла глаза, передо мной стоял ребенок с шариком (наверно, эта семья опоздала и пришла во время молитвы). На шарике было написано: «Всё будет хорошо!». Дети и шарики – конечно, это для меня! И я поверила.

Несколько раз мне доводилось проводить в лагерях литературную мастерскую. Уже не помню, откуда взялось это упражнение – «Фотография воспоминания». Надо было закрыть глаза и вспомнить, в зависимости от задания ведущего, о радостном или грустном, тревожном или даже страшном событии своей жизни. А затем «сфотографировать» – остановить мгновение: рассказать, кого ты видишь на этой «фотографии», есть ли там ты. Разобравшись с тем, что видим на снимке, переходили к следующим вопросам, учась описывать детали: что ты слышишь (ведь это не обычная фотография), чем пахнет воздух, можешь ли вспомнить прикосновения, какой у фотографии вкус. Можете не верить, но есть воспоминания со вкусом лимонного пирога, морской соли на губах или горечи предательства.

Сделаю отступление. В лагере (а был он христианским) одна из воспитанниц почему-то в самом начале литературного занятия заявила: я атеистка. В контексте дальнейших событий это оказалось важным обстоятельством.

Когда мы разобрались со вкусом, цветом и действующими лицами наших воспоминаний, я задала вопрос: а где на этой «фотографии» Бог? Я осознанно спрашивала не о том, есть ли Он там вообще, но именно – где, убежденная в том, что «Он создал сердца всех их и вникает во все дела их» (Псалом 32:15).

Погрузившись в своё счастливое воспоминание детства, та самая девушка, не моргнув глазом, стала рассказывать, что да, Бог там тоже есть, Он стоит рядом и смотрит, радуется вместе с ней. Кто-то говорил, что Иисус огорчен или озабочен происходящим, кому-то виделось, что в воспоминании Бог держит его за руку.

Придя на землю, Иисус проповедовал, часто используя примеры из жизни слушающих, примеры, которые бы говорили на их языке. А используя притчи, заставлял не только слушать, но и думать, наблюдать, истолковывать, извлекать драгоценное из повседневного. Важно не забывать, что подобным образом Он продолжает говорить к нам и сегодня. В том числе и через творчество: картины, музыку, кино, книги и театр. Через красоту и гармонию. Кому, как не Творцу всего, в совершенстве владеть этим языком? И вместо часто задаваемого вопроса «а это христианская книга (фильм, спектакль – нужное подчеркнуть)?» я бы предложила чаще спрашивать себя: а где здесь Бог? Потому что Он вознаграждает тех, кто Его ищет (Евреям 11:6).

Легенда последней Конференции лидеров христианских лагерей была авиационной. В один из вечеров нам раздали листы бумаги, попросив написать на них слова, которые мы сами себе напоминаем во времена, когда особенно тяжело и важно не сдаться. Затем мы сложили из этих листов самолётики и запустили в зал. Ко мне прилетел самолётик со словами: «Не приключится тебе зло, – Он обещал». В последние дни, когда повсеместно закрывают границы и целые страны переходят на чрезвычайное положение, эта проповедь на крыльях бумажного самолетика ободряет меня и дарит надежду. Я слышу в ней голос Отца.

Бог не молчит. Его присутствие повсюду: от слов ободрения на воздушном шарике до проповеди в фильме – возможно, скрытой, как сокровище, которое Он предлагает тебе найти: «Слава Божия – облекать тайною дело, а слава царей – исследовать дело» (Притчи 25:2).

Даша Кузнецова (Рига)

Все материалы номера

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Translate »