С усами или без

В детстве каждый из нас хотя бы раз придумывал иного себя, фантазировал о том, что было бы, родись мы в другом месте, в другой семье, или даже представлял себя неродным ребёнком. Происходило это в те самые моменты, когда казалось, что нас несправедливо наказали или чего-то незаслуженно лишили, и внутри просыпалось негодование.

Я не имела поводов сомневаться, что расту в родной семье. Но был один факт, позволявший в случае необходимости почувствовать себя исключительной, – моя фамилия. Ни у кого в нашей семье не было такой фамилии, как у меня. Фамилия бабушки была двойная, но ни одна из её половинок не имела с моей ничего общего. Никаких таинственных историй за этим фактом не скрывалось. Всё объяснялось просто: мой папа с нами не жил, а фамилия осталась.

Мы с папой виделись раз в несколько лет. И когда он вдруг появлялся в моей жизни, встреча продолжалась всего несколько часов. А видеть и знать папу очень хотелось. Понимать, кто я, от кого произошла, в особенности когда слышала от кого-то: «ну, это у тебя точно от него». А ещё мне надо было объяснить себе самой, почему мы видимся так редко. И я придумала игру: будто папа не может часто ко мне приезжать, но присылает кого-то за мной присматривать, защищать, незримо сопровождать. Не знаю, как я себе объясняла папины возможности отправлять ко мне личных агентов, но тогда это было несущественно.

У папы были усы, поэтому его агенты тоже непременно должны были быть с усами. Именно так я и научилась выделять их из толпы – по усам! Один из них сопровождал меня от дома до школы, другой заступал на пост через пару остановок, когда я ехала в троллейбусе, а третий так хорошо маскировался, что мне казалось, будто меня упустили из виду.

Кем я себя при этом чувствовала? По меньшей мере, наследной принцессой, которая вынуждена до поры до времени жить как все девочки, ходить в школу и прикидываться обыкновенной. Что было бы потом? Трудно сказать. Наверно, радостное воссоединение и… не знаю, так далеко я не загадывала.

Я так во всё это поверила, что однажды заикающимся голосом поведала бабушке об усатом мужчине, который ходит за нами весь день. К счастью, она не вникла в мое бормотание, иначе тем же вечером этот «маньяк» был бы сдан ею в милицию.

Несколько лет назад, описывая это воспоминание в своем ЖЖ, я закончила словами: «Человеку нужен папа. В любом возрасте. И когда со мной на прошлой неделе один человек поговорил так, как со мной мог бы говорить папа, я испытала удивительное чувство, которое затрудняюсь описать словами».

А потом получила комментарий на этот пост: «…ты мне как-то в разговоре правильно сказала о том, что Отец у нас у всех есть. А человеку нужен значимый взрослый. И им может быть совсем даже не папа, а совершенно другой прекрасный человек, даже без усов. И этот другой прекрасный человек уж точно будет тайным посланником Того Папы».

Да, нам нужен значимый взрослый. А еще мы сами можем им стать для кого-то. Это и есть то таинство, которое совершается в лагере, когда ты заботишься и присматриваешь, защищаешь и сопровождаешь ребёнка. Отправляясь в лагерь, думай о себе как о Его посланнике. И не важно, есть у тебя усы или нет. Главное, чтобы сам ты знал: у тебя есть Отец, ты принят, любим и ценен, и рассказывал об этом тем, кто чувствует себя неродным, оставленным.

«И кто примет одно такое дитя во имя Мое, тот Меня принимает» (Матфея 18:5)

Даша Кузнецова (Рига)

С усами или без: 1 комментарий

  • 04.04.2019 в 08:16
    Permalink

    Даша, просто чудесная история.

    Ответ

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Translate »